АРХЕОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДУШИ.
1.Введение.
Как возникла Речь человека?
Феномен человеческой речи.
- О речевых знаках.
1.1. Возникновение человеческой речи — проблема науки.
1.2. Гипотезы происхождения речи.
1.3. Человеческие речевые знаки.
1.4. Физиологическое происхождение человеческих знаков.
1.5. Значение и Знаки.
1.6. Знаки. Изображения. Образы. - Теорема Декарта.
- Речь как центральное звено психики человека.
3.1. Переворот в психологии разумных процессов Л.С. Выготского.
3.2. Речь и Восприятие. - Речь и Деятельность.
4.1. Влияние СЛОВА на физиологию. СЛОВО – ТОРМОЗ “свободы воли”.
4.2. Похвала “ЛОБЕШНИКУ”. - Речь и реакция на нее. Суггестия.
5.1. На рубежах могущества слова. Недоверие.
5.2. Внушение и Доверие.
5.3. Тайна внутренней речи. У истоков Мысли.
5.4. Апология насилия: принуждение к мышлению.
5.5. Апология дурака: спасение от принуждения.
Человеческая психика имеет два начала: инстинктивное (животное), позволяющее выживать в одиночку и разумное (общественное), помогающее не только сохранить жизнь тела, но и продолжить его во времени, обогатив немощную перед стихиями всемогущей Природы плоть непреодолимой Силой Духа.
Человек рождается, как обыкновенное “высшее” животное – млекопитающее. И может так и остаться животным – на всю жизнь. Если Судьба оставит его в Мире Животных, изолировав от себе подобных.
Но человек – необыкновенное животное. Оно несет в себе, как способность, Дар Речи – возможность Слова, а с ним – перспективу обретения Разума. Разум наделяет изначально животное существо сверхъестественной – социальной по происхождению – Силой Духа, возносящей ее обладателя над Животным Миром и творящей Новый Мир – надприродный – Царство Человеческой Культуры.
Чудо одухотворения – обретения Разумной Души, чудо формирования человеческой психики из природного материала вполне животных импульсов – рефлексов, инстинктов – совершается в процессе общения с подобными себе существами, которые уже пережили волшебную трансформацию по имени “воспитание”. Вос-питание, значит: в-питывание, вбирание в себя искусства использования Слова, очеловечивающего душу порождением Смысла, а с ним – способности Мышления, отсутствующей у животных.
Основа человеческой психики животна – инстинктивна. Она унаследована в неизменном виде незыблемого ассортимента программ поведения, “прописанных” в генетическом коде биологического вида “гомо сапиенс”, позволяюших принадлежащим к нему особям адаптироваться к тем условиям жизни, которые сложились на планете Земля за последние 2 – 1,5 млн лет. Для реставрации картины фундамента человеческой души всей ее сложности следует добавить, что он содержит в себе не только поведенческие новообразования, сложившиеся за 2 – 1,5 млн последних лет, но куда более богатый и древний арсенал стереотипов поведения самых далеких, но, тем не менее, наших же предков – приматов (куда от них денешься?!) возрастом до 80-70 млн лет.
Последние 50-40 тысяч лет назад природная среда обитания наших человекообразных предков стала меняться слишком быстро и непредсказуемо. И далеко не все из них успели приноровиться к ритму перемен. Выжившие в такой непривычной обстановке, приспособились к катаклизмам благодаря небывалому в истории животного мира качеству психики – разуму – своеобразному “программному приложению” к наследственным животным программам поведения – инстинктам.
За 10-8 млн. лет истории существования антропоидов (прямоходящих приматов), произошедших от нашего общего с приматами предка, природа не оставалась неизменной. Но скорость ее перемен позволяла антропоидам успевать формировать и закреплять в формулах наследственного биологического кода новые адаптивные программы поведения. И только около миллиона лет назад природа настолько “взбесилась” и “понеслась”, что ритмы естественного неспешного формирования приспособительной способности наших далеких предков перестали поспевать за ритмами природных изменений. Отчего и “пришлось”, “ради сохранения биологического вида”, вырабатывать небывалый в природе инструмент приспособления к чрезмерно динамичной среде обитания – РАЗУМ, а с ним – ту способность приспосабливаться, которую сегодня именуют МЫШЛЕНИЕМ.
Разумная надстройка над инстинктами позволила, в первую очередь, правильно выбирать в их разнообразном ассортименте те самые, которые наиболее отвечают характеру требований среды обитания. И только если в меню поведенческой наследственности отсутствовали готовые “правильные блюда”, разум конструировал новый – небывалый “деликатес”
Всякий раз, когда на свет рождается новый человек, в ходе его внутриутробной девятимесячной истории в свернутом виде повторяется многомиллионнолетняя история Биологической Жизни на планете Земля – от элементарной клетки до целого живого организма (теория рекапитуляции). Вместе с тем, параллельно с ускоренным пробеганием сквозь основные этапы эволюции вещества Живой Природы, всякий раз повторяется таинство проживания формирующейся телесной особью основных этапов и стадий духовной эволюции вида “человек разумный”. В отличие от эволюции Живой Плоти оно не прекращается по завершении ее формирования, а продолжается в духовной эволюции на протяжении всей человеческой жизни.
История становления Разума и эволюция человеческого Мышления в филогенезе, исследованная палеопсихологией, и в онтогенезе, изучаемая психологией развития личности, имеют общие закономерности, тождественные стадии и похожие и, я бы сказал, общие итоги. Поэтому знание филогенетических законов развития психики представителей вида “гомо сапиенс” поможет лучше уяснить содержание, специфику и динамику развития индивидуальной психики наших современников.
В 1974 году в СССР была издана книга Б.Ф. Поршнева “О начале человеческой истории”. В ней описан процесс превращения нашего животного обезьяноподобного предка в современного человека. Это реставрация истории очеловечивания животного через обретение дара речи, а с ним – способности мышления, длившаяся миллионы лет. С тех пор история палеоантропогенеза всякий раз повторяется в персональной истории каждого из нас в свернутом, ускоренном и потому незаметном нам (слишком скорость велика) виде.
Любое произведение человеческого искусства, когда автор совершает нечто невозможное, несвойственное его естественным способностям, будь то прыжок выше своего роста или сотворение великолепного гончарного изделия, или летательного аппарата, помогающего, не будучи птицей, побеждать непреодолимую для животного силу гравитации и парить в небе, кажется нам сверхъестественным – чудом. Но если, к примеру, заснять на пленку все стадии тренировки прыгуна, все элементы исполнения им своего чудесного прыжка и прокрутить запись, перед изумленным наблюдателем в замедленном режиме воспроизведения, впечатление таинства растворяется, как туман под лучами выглянувшего из-за туч солнца. И вместо иллюзии волшебства перед нами предстает гигантский последовательный неуклонный систематический труд – непрекращающаяся череда потных усилий, в которых сокрыты непоколебимые ВОЛЯ и РАЗУМ, ведущие всякий раз ограниченного своей естественной природой человека к вершинам “сверхъестественных”, а, на самом деле, таких человеческих поступков, в которых он превосходит свою животность.
Труд Б.Ф. Поршнева реставрирует возникновение ЧЕЛОВЕЧНОСТИ – человеческой речи, человеческого разума и способности мышления. Это своего рода замедленная демонстрация “записи” на археологические носители чуда превращения нашего далекого животного предка в нашего же, но отнюдь уже недалекого – говорящего и разумного родственника, в котором с полным основанием мы можем признать своего кровного “брата”. И это без малейшего ущерба для самооценки и без риска повредить собственную антропологическую репутацию общностью с грязным, вонючим и глупым подобием обезьяны.
Это будет особенно интересно и, главное, полезно тем, кто намерен учиться осмысленно управлять собственным психическим развитием и духовным ростом своих детей.
Итак, следуем за академической мыслью Бориса Федоровича Поршнева, которой я – грешный – рискнул сообщить некоторую публицистичность. Двинемся сквозь толщу времени далеко назад – туда, откуда наше теперешнее настоящее настолько неразличимо, что показалось бы невозможным, если бы у нас – тогдашних – уже была бы способность осмыслить и оценить всю дистанцию и все итоги этого неимоверного путешествия через плотные и непреодолимые житейским рассудком пласты времен.
А в конце путешествия, когда все грани и оттенки видового подвига предков прояснятся и станут понятнее, вспомним на минуточку, что подвиг очеловечивания в ускоренном виде совершает каждый из нас, проходя за какие-то полтора-два десятка лет личной биографии весь путь психической эволюции нашего биологического вида. Вспомним и удивимся сами себе. А еще задумаемся: ведь сейчас этот же путь по проложенному предками следу проходит и мой ребенок! Могу ли я ему помочь в дороге? Я, уже знающий теперь то, что когда-нибудь, может быть, узнает и он.
Чтобы в дальнейшем весь текст Б.Ф. Поршнева воспринимался органично и внятно, изложу “a priori” предельно кратко авторскую концепцию в виде конспективной формулы:
1) в недрах животного способа коммуникации (именуемого с легкой руки И. Павлова) “1 сигнальная система” есть “нечто”, способное, при некоторых условиях и усилиях, стать человеческим “словом” и “речью”, именуемыми все тем же И. Павловым “2 сигнальной системой”;
2) в процессе становления и совершенствования речи формировалась способность мышления – оперирования словами – знаками образов воображения, вполне животных по своей сенсорной природе;
3) полноценная человеческая культура возникает с момента создания в уме человекообразного существа виртуальной реальности, как “параллельного” и даже улучшенного отражения реальности объективной;
4) дальнейшая эволюция человечества всецело является следствием игры фантазии и прочих приключений человеческого ума, способного выдумывать – конструировать небывалые и незнакомые животным потребности и совершенно новые – человеческие же – способы и инструменты их удовлетворения.
А теперь попробуем проникнуть в строй мысли умнейшего человека – Б.Ф. Поршнева, щедро поделившегося с нами своими открытиями.
Современная “городская” или “школьная” педагогика (в отличие от традиционной – семейной, она же крестьянская, она же артельно-ремесловая, она же сенсорно-практическая) оперируют словом, как главным, а зачастую единственным инструментом. Игнорируя порою даже ее непременную эйдетическую “подкладку”. Из экономии, разумеется. Тем самым педагогический потенциал и самого слова, и всей системы просвещения, многажды искусственно обедняется. Главный педагогический принцип: “ДЕЛАЙ, КАК Я” и прочие ему сопутствующие и сопровождающие, превращающие педагогику из мертвой кабинетной тени в живой сочный и смачный