Разоблачение мифа «АУТИЗМА».
Любая наследственная программа от начала и до конца записана в неизменной для данного животного вида форме, предполагающей незыблемый порядок исполнения устойчиво последовательных действий и операций, неизменно приводящих к позитивному конечному результату. Внутри такой программы не бывает модификаций и переменных модулей. Это завершенное конечное целое, не подверженное перенастройкам и дополнительным редакциям и адаптациям. Она с рождения каждой особи данного животного вида прописана в репертуаре наследственных сценариев поведения знаками белковых молекул и именно этот молекулярный субстрат своими химическими и элементарными биоэлектрическими связями гарантирует незыблемость и постоянство адаптивного поведения особи.
Если животное по какой-либо причине что-то сделало не так — нарушило логику сценария или недобросовестно исполнило тот или иной его фрагмент, исполнение программы останавливается на месте сбоя и заставляет повторить все операции сценария — сначала и до конца. Так птица, впервые в жизни строящая гнездо, десятки раз будет повторять одну и ту же операцию до тех пор, пока не доведёт её до совершенства, предписанного генным кодом. Если животное попало в непредусмотренную программой ситуацию (жук в стеклянной банке), оно беспомощно и обречено без конца повторять одни и те же действия, уместные и справедливые для обычных условий существования вида, но бесполезные в случае непредусмотренного вмешательства фактора Человека и его культуры.
Незыблемое постоянство и последовательность исполнения сценария поведенческой программы получило в человеческом языке наименования «УПОРСТВО» и «УПРЯМСТВО». Не будь в инстинктивных программах упорства и упрямства, они бы не достигали своих целей.
Причины сбоев исполнения наследственной поведенческой программы могут быть самые разные:
ошибка в самой технологии исполнения: несовершенство исполнения приемов и операций,
ошибка в технологии исполнения: нарушение технологической последовательности приемов и операций, ошибка выбора инструмента исполнения действия, когда применяемая программа неадекватна запросу среды и требованию ситуации…
Если животное раз за разом терпит неудачу, наступает энергетическое истощение организма и, как следствие, развивается паническое состояние переживания дезадаптации с полным отказом от дальнейшего применения программы. Поведение животного «запирается» страхом. Особь пытается уклониться от выполнения бесполезной программы. У нее формируется «фобия» — стрессовая реакция на ситуацию, не поддающуюся контролю и освоению. Животное рвет связи с внешним миром, избирает стратегию неподвижности и гасит реакции на все или на многие формы и виды взаимодействия с агентами среды обитания, обладающими идентичными свойствами с признаками стрессовой ситуации. Память всего комплекса пережитых обстоятельств:
1) сигнальных признаков условий внешней среды,
2) напрасных неоднократных попыток «включить» соответствующую программу на них ответа и
3) испытанного фиаско
цементируется в индивидуальном сознании живого существа в виде итоговой самооценки в форме комплекса неполноценности, обладающего общими признаками с феноменами т.н. «АУТИЗМА», в котором, по существу, нет ничего загадочного и недоступного пониманию. Это всего лишь универсальный психический инструмент инстинктивного торможения любой неправильно исполненной наследственной или приобретенной (условнорефлекторной) программы поведения. И ничего больше. Если только не использовать его для выморачивания денег на лекарства для излечения этой «болезни». Или денег за сеансы психоанализа прохвостов-парапсихологов и прочих шакалов в педагогике и медицине, расплодившихся в эпоху нашего дикого капитализма.
Типичными примерами подобных состояний могут быть хорошо известные родителям и психологам хронические истерики, когда малыши продолжительным криком и плачем упорно требуют чего-то такого, о чем простодушные взрослые никак не способны догадаться. Подобные неврозы — свидетельства неспособности «прочитать» текст неудовлетворенной потребности ребенка и совершить необходимые действия по ее удовлетворению.
Детские фобии случаются в переломные моменты личной биографии, когда существенно меняется привычное качество жизни, связанное с лишениями привычных атрибутов своего образа жизни (к примеру, материнской груди), ограничением непосредственных сенсорных контактов с матерью, вышедшей на работу или угодившей в больницу и т.п. страхов: потери матери, любимой игрушки, боязни незнакомых субъектов окружающей внешней среды или боязни быть осмеянными или наказанными.
Взрослого впоследствии иногда удается избавить от фобий и комплексов неполноценности, обратившись к его детским воспоминаниям, проведя их коррекцию и внушив возможность иного — благополучного варианта разрешения тревожного воспоминания или его аналога.