(Конспективно).
1. ДЕМОГРАФИЧЕСКИЙ «МАЯТНИК»: ВЗРЫВ → КРИЗИС → КОЛЛАПС → СТАБИЛИЗАЦИЯ.
Популяция животных или растений при избытке биологических ресурсов:
1) размножается взрывообразно (экспоненциально) →
2) превышает предел емкости среды обитания и частично ее разрушает →
3) экологический кризис — коллапс: популяция сокращается ниже уровня емкости среды →
4) ёмкость среды восстанавливается: популяция разрастается до соответствия с емкостью среды, и стабилизируется.
2. ВЗРЫВ: рост емкости среды (глобальные периоды повышения численности населения).
1) Около 12 тыс. лет назад: освоение охоты на крупных животных → расселение охотников за пределы ойкумены собирателей.
2) Около 10 тыс. лет назад: открытие земледелия: рост численности людей в 20-30 раз.
10 тыс. лет назад ≈ 10 млн. чел.;
нач. н.э. — 200 миллионов;
3) XVII — ХХ в.в. промышленная и информационная революция:
• рост площади обрабатываемых земель в 2 — 3 раза, а урожайности в 7 раз;
• рост населения Земли в 20 раз.
XVII в. — 500 миллионов;
XIX в. — 1 миллиард;
нач. XX в. — 2 миллиарда;
нач. XXI в. — 5 миллиардов (каждый год + 1,6%);
от 1-го человека до 1-го миллиарда человек прошло более миллиона лет,
второй миллиард — за 100 лет,
третий — за 40 лет,
четвертый — за 15 лет,
пятый — за 10 лет… (?)
Все это время происходил взрывной рост.
3. КРИЗИС: торможение началось.
До 70-х годов XX в население росло на 2% в год, удваиваясь каждые 35 лет.
Производство пищи росло на 2,3% в год, удваиваясь каждые 30 лет.
В нач. XXI в. темп прироста снизился до 1,6% в год.
Производство пищи снизилось до 2,1% в год.
Количество пищи (главный показатель биологической емкости среды) → численность человечества.
Повышать суммарный урожай на Земле все труднее.
Производство пищи на Земле растет на 2% в год — для этого увеличивается:
• потребление энергии на 5%,
• забор воды для орошения — на 7%,
• производство удобрений — на 7%,
• ядохимикатов — на 10% в год.
Истощение ресурсов, разрушение и загрязнение среды.
Человек интенсивно использует запасы угля, нефти, газа и минерального сырья, накопленные за всю предшествующую историю биосферы. Запасы эти конечны и невозобновимы.
Исчерпание ресурсов → разрушение среды обитания → падение производства пищи → глобальный экологический кризис → сокращение человечества до уровня обеспеченности возобновимыми ресурсами.
Изобретательность человека не позволит населению сократиться до первобытного уровня. Но и расти бесконечно население не может.
Биологическая ёмкость планеты (на сколько человек рассчитана Земля?).
Закон пропорции размеров тела и численности вида: главную роль в потоках вещества и энергии в биосфере → мелкие организмы, а крупные → вспомогательную.
Потребители продукции в биосфере (по убыванию численности):
• бактерии, грибы и простейшие;
• мелкие животные — черви, моллюски, членистоногие;
• позвоночные (земноводные, пресмыкающиеся, птицы, млекопитающие, человек) — 1% продукции биосферы.
Потребление людей, их скота = 7% продукции биосферы: нарушение биосферного закона.
Биосфера — саморегулирующаяся система: возврат людей к биологически обоснованным показателям ≈ 200 млн. на планету (в 25 раз ниже современного):
• вымирание нужных человеку животных и растений,
• падение продуктивности ценных экосистем,
• не включение в биосферные круговороты загрязнений = биосферный «механизм» ограничивает рост потребностей людей.
Вооруженность ископаемыми источниками энергии позволяет противостоять давлению биосферы. После их исчерпания существование человека обеспечит только солнечная энергия:
• частично из энергетических установок,
• частично из растений (их переработка в горючее),
• частично в форме урожая, поедаемого людьми и домашними животными.
Без ущерба для биосферы можно использовать 1% её мощности (в 10 раз меньше современного энергопотребления). Это обеспечит возобновляющимися источниками энергии жизнь 500 миллионов человек, если они будут потреблять на душу столько же энергии, сколько ее потребляется сегодня.
4. ДЕМОГРАФИЧЕСКИЙ КОЛЛАПС → снижение численности населения.
1) «естественный» коллапс: сокращение пищевых ресурсов → голод:
• полноценно питаются — 500 миллионов человек,
• питаются плохо и голодают — 2 миллиарда,
• ежегодно умирают от голода — 20 миллионов.
Население увеличивается на 200 миллионов в год.
Если количество умирающих от голода возрастет на порядок, прирост населения остановится, а если еще больше → сокращение;
2) ядерная война за остатки невозобновляемых ресурсов;
3) сознательное ограничение рождаемости — малоэффективно: попытки государственного контроля рождаемости безрезультатны и конфликтны;
4) самопроизвольное ограничение рождаемости — на основе действий популяционных механизмов — сокращение популяции.
Биосфера сигнализирует человечеству о превышении численности и, минуя сознание, действует на популяционные механизмы. Если человечество остаётся нормальным биологическим видом, оно должно реагировать, хотя формы восприятия сигналов и реакции на них будут украшены атрибутами цивилизации.
5. СТАБИЛИЗАЦИЯ — ПРИРОДНОЕ САМОРЕГУЛИРОВАНИЕ.
Численный рост вида → рост «давления» на среду обитания: экосистему и биосферу.
Среда обитания отвечает увеличением встречного «давления».
ВИД → ← ЭКОСИСТЕМА \ БИОСФЕРА
Биосфера как сумма всех видов сильнее каждого в отдельности → стабилизирует его численность, сокращая до приемлемого для остальных уровня, используя:
1) первичные = ультимативные механизмы:
• биологические — пища, конкуренты, паразиты, хищники, загрязнения;
• небиологические — газовый состав атмосферы, осадки, климат и т.п.
Действуют прямо и беспощадно.
2) вторичные = сигнальные механизмы:
• косвенно указывают виду на избыточность.
• Генетические программы слежения за сигналами биосферы → заблаговременно стабилизировать и сокращать численность.
Проявляются на популяционном (не индивидуальном) уровне.
УЛЬТИМАТИВНЫЕ «МЕХАНИЗМЫ».
Избыточная плотность популяции ухудшает среду обитания и самого вида, и полезных ему существ.
Рост потребления пищи → запасы не успевают возобновляться → сокращение пищи → голод → смерть → снижение рождаемости
С исчезновением лучших объектов питания вид переключается на иные, к которым физиологически хуже приспособлен. В пределах полноценного питания человек может менять рацион: у эскимосов пища в основном мясная, а у некоторых племен Индии — растительная, но если рацион обедняется витаминами или протеинами, здоровье людей (в первую очередь детей) подрывается.
Неполноценное питание → энергетическая недостаточность → безынициативность, апатия, подавленность → прекращение поисков источников энергии.
В сбалансированной экологической системе результаты жизнедеятельности вида устраняются другими видами: навоз растаскивают насекомые, а окончательно перерабатывают бактерии и грибы.
Если баланс нарушен, загрязнения накапливаются. Залежи каменного угля — скопления погибших деревьев, стволы которых не успевали перерабатываться.
Человек всегда загрязнял среду обитания, но, пока людей было мало, природа успевала перерабатывать загрязнения. Вода в реке очищалась через три километра ниже деревни.
Современный человек:
• увеличил объем загрязнений, и Природа не успевает их перерабатывать;
• загрязнения (радиоактивные), для переработки которых в Природе нет соответствующих видов живых существ.
«Отказ» биосферы перерабатывать плоды человеческой деятельности — нарастающий ультимативный фактор.
Древняя экологическая катастрофа → фотосинтез растений → выделение кислорода (загрязнителя), губительного почти для всех видов.
Биосферное решение: распространение дышащих кислородом видов, занявшее геологическое по масштабам время. У человечества нет в запасе такого срока.
Когда вид ухудшает свою среду обитания, это не значит, что она ухудшается для всех: для конкурентов и врагов среда зачастую улучшается, и численность их растет. Борьба с конкурентами требует все больших усилий.
Главные конкуренты человека — вредители сельского хозяйства и сорняки. Рост производства ядохимикатов и гербицидов на 10% в год — самый высокий экономический показатель человечества.
Больше всего пестицидов и ядохимикатов потребляют индустриальные страны: нехватка пищи.
Остальные жертвуют часть урожая вредителям и сорнякам, избегая ужесточения межвидовой борьбы.
Химическую войну с конкурентами выиграть нельзя.
Экспансия — часть популяции заселяет незанятые и неблагоприятные области: существование неустойчивое, выживание низкое, популяция поддерживается подпиткой из основного ареала молодыми особями: освоение викингами Исландии, Гренландии.
Современный человек транспортирует продукты питания на огромные расстояния: создает на неблагоприятных для сельского хозяйства территориях крупные поселения, не обеспеченные собственным производством пищи. Если их подпитка из основного ареала прекратится, они обречены.
Размножение вида-прокормителя → размножение питающихся им хищников, паразитов и возбудителей болезней.
Есть виды, для которых хищники — главный регулятор: если добычи много, хищники хорошо питаются, быстро размножаются и пожирают все большую часть популяции-прокормителя, истребив которую коллапсируют сами; при низком уровне хищников жертвы вновь размножаются, вслед за чем повышают свою численность хищники — и цикл повторяется вновь.
Человеку опаснее эпидемии: чума XIV века за два года сократила население Европы вдвое. Сегодня эпидемиям противостоит медицина. Но появляются новые возбудители болезней, к которым медицина не готова: вирус СПИДа.
Биосфера → рост давления на избыточный по численности вид:
• рост смертности,
• снижение плодовитости → коллапс → восстанавливаются окружающая среда и источники питания.
СИГНАЛЬНЫЕ «МЕХАНИЗМЫ».
Агрессивность:
1) стремление особи доминировать → борьба за статус → иерархическая пирамида;
2 территориальная экспансия, грабежи, воровство, ложь, уравниловка распределения…
3) отключение врожденных программ «не посягай на чужое», «не убий своего»;
Увеличение плотности популяции или уменьшении емкости среды → агрессивные стычки.
Человек:
• самый агрессивный вид: способен убить представителя своего вида;
• инстинктивно создаёт сложные иерархические структуры.
Территориальность: сигналы о приближении численности к верхнему пределу → заблаговременное инстинктивное снижение.
Увеличение плотности населения (перенаселение):
→ распространение стресса и неврозов особенно среди субдоминантов: долго не живут и не размножаются;
→ запуск программ: «найди своих и отделись от чужих» + «вместе гоните чужих»
Отношение к чужим:
• в благополучной обстановке — мирно, с интересом, симпатией, гостеприимством;
• в неблагополучной обстановке — неприязнь, ненависть, жестокость.
Снижение качества жизни → усиление агрессивности и иерархичности → расслоение популяции:
• доминанты, сохраняющие для себя хорошие условия питания,
• остальные, обделённые пищей.
Голод, при неуверенности в завтрашнем дне → истерические заготовки непомерных запасов.
Утрата осторожности = подавление инстинкта самосохранения.
Утки при высокой плотности чаще гибнут от случайных причин — хищников, охотников, столкновения с проводами и т.п. Человек бунтует, теряет страх перед властью, идёт навстречу смерти.
Подавленная часть популяции теряет заботу о гигиене.
Подавленные, опустившиеся животные — носители паразитов и инфекций → эпизоотии → сокращение численности популяции.
В первую мировую войну вши унесли больше человеческих жизней, чем оружие.
Еще до достижения избыточной численности инстинктивные программы поведения расслаивают популяцию на две части:
• сильнейших, лучших носителей генофонда, переживущих коллапс,
• обреченных на вымирание.
Общество, пытаясь сознательно бороться с нехваткой продовольствия, контролирует распределение пищи, разделяясь на
• тех, кто будет продовольствие распределять, и
• тех, кому его будут распределять:
«кто что охраняет, тот то и имеет, а кто ничего не охраняет, тот ничего не имеет».
Нашествия и инвазии.
Поколения, находящиеся в стрессовом состоянии, родят потомков, управляемых альтернативной программа поведения, при лучших условиях жизни заблокированной.
С ростом плотности популяции самцы территориальных животных агрессивно вторгаются на чужую территорию. От них рождается «походное» = агрессивное потомство.
«Походные» потомки собираются вместе, и, достигнув огромных размеров → в нашествие, в том числе в области, непригодные для жизни (инвазия), где погибают.
Цель нашествия и инвазии — выбросить за пределы переуплотняющейся популяции избыточное молодое поколение. Участники нашествия не боятся погибать, особенно коллективно.
Молодежь не хочет жить так, как жили родители → динамичные агрессивные орды варваров.
Инвазионный механизм = «пассионарность» (по Л.Н. Гумилеву).
Коллапсирующие скопления.
Обострение социальных отношений → снижение агрессивности: утрата интереса к борьбе за территорию, иерархический ранг:
• коллапс — программа сближения, объединения,
• в скоплениях сокращается, прекращается размножение.
• Главное занятие → разнообразное общение.
Урбанизация (собирание в городах) — форма человеческого коллапса.
Плодовитость горожан уже во 2-м поколении не обеспечивает воспроизводство. Город засасывает из деревни молодежь и снижает ее плодовитость. Без притока людей извне численность горожан сокращалась бы в 2 раза в течение 2-х поколений. Города = демографические «черные дыры».
Коллапс в форме урбанизации — естественный и безвредный путь снижения рождаемости.
Биологические популяционные механизмы работают вне сознания особей.
Снижение плодовитости.
Перенаселение → потомство перестает быть ценностью:
• особи избегают размножения,
• откладывают яйца куда попало,
• меньше заботятся о потомстве,
• его умерщвляют и пожирают.
Лишенные родительской заботы детеныши вырастают
• нерешительными и агрессивными,
• испытывают затруднения в образовании пар,
• не создают устойчивых пар,
• в свою очередь плохо заботятся о своем потомстве.
Рождаемость падает, а смертность растет.
«Эмансипация» женщин → снижение рождаемости:
• увеличение в популяции доли матерей-одиночек: довольствуются малым числом детей.
• Замужние женщины избегают иметь много детей.
Демонстративная эротизация общества: секс → забава → снижение рождаемости.
Механизмы саморегуляции численности популяции — «жесткие», и «мягкие» → снижение рождаемости. Если в семье один ребенок, население сокращается вдвое каждые 35 лет.
РОЖДАЕМОСТЬ И СМЕРТНОСТЬ.
Для воспроизводства популяции (если нет смертности в детском и репродуктивном возрасте) 1 мать → двух детей обоих полов.
В жизни часть потомков гибнет, не успев размножиться: чем выше уровень смертности, тем плодовитее должны быть самки.
Потенциальная плодовитость = верхний предел плодовитости вида.
Уровень смертности = условия среды обитания + образ жизни — изменяем стратегией воспроизводства:
• R-стратегия: максимальное распространение икры, семени без заботы о выращивании и воспитании потомства.
• К-стратегия: ограничение численности брачных партнёров с заботой о выращивании потомства.
Человек → К-стратегия, но возможен сдвиг на R-стратегию.
Потенциальная скорость размножения человека: 6—11 детей за жизнь (организм изнашивается от родов). Но и эта плодовитость не реализовывается.
В доисторические времена средняя продолжительность жизни: 25—27 лет.
Созревала женщина годам к 15.
Беременность → рождение ребенка.
Пищу первобытных собирателей ребенок мог употреблять с трех лет, когда вырастали зубы: до этого кормился грудным молоком. Пока женщина кормила молоком, следующая беременность обычно не наступала.
В благоприятной ситуации мать успевала родить троих детей и погибала раньше, чем младшие достигали самостоятельности. При низкой плодовитости численность популяции едва удавалось поддерживать, и ее рост был медленным.
Дети погибали от голода, травм и хищников, но редко от инфекций: жили изолированными территориальными группами, что препятствовало передаче вирусов.
Земледелие и животноводство: рост популяции более чем в 10 раз.
Большая плотность → детские болезни → детская смертность → компенсация ростом рождаемости:
• устойчивое производство пищи → продолжительнее жизнь взрослых,
• заменители материнского молока для детей старше года — молоко домашних животных и семена культурных растений.
Женщины рожали чаще и дольше: хватало для покрытия детской смертности.
Установка земледельцев на максимальную плодовитость женщин: 6 — 11 детей. Мировые религии: «Плодись и размножайся (!)»; презрение бесплодных или малодетных.
За 17 веков нашей эры численность людей 200 → 500 миллионов = в среднем у матери выживало чуть больше двух детей — меньше, чем у современной матери.
Земледельцы: детолюбие + легкое отношение к их смерти («Бог дал — Бог взял»).
В индустриальных странах преобладают малодетные семьи.
Зап. Европа:
• XVII в. — промышленная революция,
• XIX в. — научно-техническая революция:
— постепенность (три столетия) изобретений и внедрения новаций → успевали адаптироваться.
Развитие гигиены и медицины → снижение детской смертности → рост продолжительности жизни → рост популяции при снижении рождаемости от перехода к «К-стратегии».
Англичане, голландцы, французы → слабый демографический взрыв в XIX в.
Позднее пережили индустриально-научную модернизацию немцы, шведы, прибалты, русские → демографический всплеск в н. XX в.
Теперь в Европе — стабилизация численности и низкая рождаемость.
Испанцы, грузины, японцы переживают демографический взрыв в наше время.
Стремительный рост населения → Индокитай, Бл. Восток, Лат. Америка, Китай, Индия, Ср. Азия
• съедают прирост продукции;
• жизненный уровень растет медленно или снижается.
Голод «стимулирует» рождаемость вопреки биологическим законам?
Механизмы, регулирующие рождаемость в популяции, изменяются медленно.
Развивающиеся народы → доступ к плодам НТР, не пережив самой НТР, оставшись в большинстве дикарями.
В Европе первая вакцинация в XVIII веке. Понадобилось 200 лет упорных поисков, чтобы, побеждая дифтерит, скарлатину, туберкулез, корь, победить наконец (всего лишь 20 лет назад) полиомиелит —последнюю заразную массовую детскую болезнь. Детская смертность и рождаемость в Европе сокращались постепенно и плавно. Программы всеобщей вакцинации детей в развивающихся странах занимают несколько лет и снижает детскую смертность: если в семье из 6 — 11 человек умирали 4 — 9, то теперь почти все выживают.
Привычно высокая рождаемость, компенсирующая смертность, стала избыточной, поддерживается биологическими механизмами, бытом, традициями, религией.
Популяции требуется время, чтобы привести рождаемость в соответствие с новым уровнем смертности. В течение этих лет → демографический взрыв, даже если он не выгоден популяции, рост которой обгоняет рост продуктов питания.
«Бедность» и «богатство» — понятия относительные. Между явлениями, которые они обозначают и рождаемостью нет строгой причинной связи. В стабильных популяциях рождаемость соответствует смертности.
Материальное благополучие → снижение смертности → снижение рождаемости. На практике логическая последовательность осуществляется длительно. Кувейт, Южная Корея, Тайвань за одно поколение достигли высокого уровня жизни на фоне сохранения традиционно высокой рождаемости. Нужно время, чтобы рождаемость пришла в соответствие с новым низким уровнем смертности, достигнутым благодаря экономическим успехам.
Малочисленные народы севера Азии и Америки — не богатые с низкой рождаемостью:
• невысокая смертность (изоляция от заразных болезней + фрагментация на локальные социумы),
• невысокая рождаемость,
• заселение их земель другими народами → инфекции: рост детской смертности при низкой рождаемости → вымирание.
США:
• у эмигрантов из стран с высокой смертностью (Лат. Америка, Азия, Африка) высокая рождаемость сохраняется два-три поколения, постепенно снижаясь;
• у коренного населения — индейцев — рождаемость была ниже, чем у эмигрантов, но в отличие от них росла.
Высокая плотность населения + бедность → высокая смертность → компенсация высокой рождаемостью.
Государственное регулирование рождаемости (принуждение) = некомпетентное вмешательство в частную жизнь и в биологические популяционные механизмы:
• безрезультатно,
• протест.
Из того, что каждый человек может сознательно контролировать свою плодовитость, не следует, что и на популяционном уровне возможен сознательный контроль численности популяций. Плодовитость популяции управляется бессознательными инстинктивными механизмами, работающими верно, но медленно.
Нужно создавать условия, при которых:
• каждый сам решает, сколько ему иметь детей;
• доступность информации, необходимой для решения;
• доступность современных средств, как препятствующих зачатию, так и способствующих.
Программы ограничения рождаемости в обществах, находящихся в состоянии демографического взрыва, обусловлены стремлением к экономической эффективности и этологической некомпетентностью.
Программы стимуляции рождаемости:
— Национализм: не своя нация — нелюди, пусть их будет меньше, а своих больше.
— Милитаризм: чем больше детей, тем больше армия, тем больше генеральских мест.
— «Придворный» демографизм: за счет прироста рабочих рук заткнуть дыры в экстенсивной экономике.
Экологический кризис и снижение народонаселения неизбежны, но возможны несколько сценариев:
1) биологический: сохраняя хороший уровень жизни, плавно снижать численность населения, постепенно снижая рождаемость;
2) урбанистический: сельское население → в города: комфорт городской культуры убивает высокую рождаемость;
3) катастрофический: расслоение на верхушку общества с высоким уровнем жизни и полуголодное быдло: эпидемии, инвазии, межнациональные и гражданские войны.
Легче всего пройдут коллапс технически развитые популяции с низкой рождаемостью.
• У них существует определенный процент женщин, имеющих много детей или не имеющих их вовсе, но большинство рожают по два, реже одному ребенку за жизнь.
• Если (при сохранении той же доли многодетных и бездетных матерей) установка большинства незначительно сдвинется (чаще один ребенок, чем два), то популяция начнет плавно сокращаться. При среднем числе детей чуть больше одного (это «чуть больше» должно быть равно детской и репродуктивной смертности) популяция будет сокращаться на 2% в год (за счет естественной смерти в старости) или вдвое через каждые 35 лет. В течение 100 лет численность человечества при таком сценарии незаметно сократилась бы в 10 раз, до 500 миллионов.
Коллапс не апокалипсис, если не будут реализовываться небиологические сценарии.
Уровень цивилизации зависит не от численности людей, а от плотности их в очаге цивилизации. Величайшие открытия науки и техники, высочайшие достижения культуры человечество создавало, имея численность популяций, которая нам сегодня кажется невероятно малой. Не говоря уже о древних Греции, Риме или Китае; даже во времена Шекспира, Ньютона или Петра I на земле жило не более 500 миллионов людей, а цивилизованных — и того меньше. При современных (а тем более будущих) средствах коммуникации люди, в отличие от прежних времен, не будут чувствовать себя разделенными большими расстояниями.